Сочинение Валерии Морозовой на тему «Война в моей семье»

Автор:
Студентки Приволжского филиала
ФГБОУВО «Российский государственный
университет правосудия»
(г. Нижний Новгород) (Губкинское ЛПУМГ)
Валерия Морозова

Идёт время, да не идёт, летит, все реже и реже увидишь пожилого человека с орденами и медалями на улицах наших городов. И каждый раз я ловлю себя на мысли: «Ведь им я обязана, что живу и вижу каждый день рассвет». Много раз рассказывал мне дедушка Морозов Юрий Михайлович о своём отце моём прадедушке — Морозове Михаиле Афанасьевиче.

В 1921 году в селе Заболотье Могилевской области родился Михаил Афанасьевич. В их семье было шестеро детей. Но на жизнь не жаловались: колхозы «вставали на ноги», в семье появлялся достаток. Мороз Афанасий Васильевич, отец дедушки, уходил в межсезонье на заработки — он был хорошим каменщиком и плотником. До сего времени стоят в Заболотье дома, построенные моим прадедом. Михаил Афанасьевич мечтал быть танкистом. Ещё бы! Только прошёл в кинотеатрах того времени фильм «Три танкиста». «Тогда танкистом хотел быть каждый второй юноша. Это было, как сейчас стать космонавтом», — рассказывал он. Так он перед самой войной стал курсантом Болошевского танкового училища Московской области. Старший брат Мороз Иван Афанасьевич уже служил офицером в Брестской крепости. Быть военным — его мечта! Но сбыться ей было не судьба.

Морозов Михаил Афанасьевич (Фото из семейного архива Морозовой)

Морозов Михаил Афанасьевич (Фото из семейного архива Морозовой)


Заступив в караул на пост, по правилам военного училища, ранним июньским воскресным утром тысяча девятьсот сорок первого года, он не подозревал, что через несколько минут мирный сон миллионов людей разбудит весть об объявлении войны.

Как всегда в воскресенье утро было спокойное: училище готовилось к подъёму, и только крики и суета офицеров заставили встревожиться и предположить, что случилось что-то очень важное и страшное. К обеду уже сообщили по радио, что началась Великая Отечественная война.

«Разговоры и слухи о ней среди военных, — вспоминал он, — были давно, но никто не мог поверить, что враг решится на это. Да и политический документ „Советско — германский договор о ненападении на СССР“ вселял уверенность, что войны не будет. Кроме всего прочего, мы, курсанты, только что пришедшие на учёбу по причине большой влюблённости в танки, были уверены, что наша техника самая лучшая в мире. Поднятые по тревоге, никто не понимал и не задумывался, что их каждого ждёт впереди».

Полагаю, что командование курсантов должно было просветить о вопросе положения дел на западной границе: 1 сентября 1939 г., спустя неделю после подписания советско — германского договора, Германия напала на Польшу. Началась вторая мировая война. А 17 октября в 5 часов утра Красная армия перешла границу и заняла правобережную Польшу. На следующий день «Правда» напечатала советско — германское заявление о том, что войска двух стран «восстанавливают в Польше порядок Советский поэт В. Лебедев — Кумач сочинил об этом такую частушку:

Панской Польши нету больше.
Хитрой ведьмы нет в живых,
Не захватит в лапы Польша
Наших братьев трудовых.

22 сентября 1939 г. в Бресте состоялся совместный советско — германский военный парад. И рядом были подняты государственные флаги — советский с серпом и молотом и немецкий со свастикой. В советском плену тогда оказались 130 тысяч польских солдат и офицеров. Часть из них отпустили домой, часть отдали Германии». Сейчас всему миру известна Катынская трагедия, где НКВД были расстреляны 21 857 польских офицеров. Это за год до начала войны. В июне 1941 г. уже многое указывало на то, что Германией ведется подготовка к войне: наращивается вооружение, к границе подтягиваются немецкие дивизии. Ко времени нападения фашистской Германии на СССР 12 стран европейского континента (Австрия, Чехословакия, Албания, Польша, Даня, Норвегия, Голландия, Люксембург, Франция, Югославия, Греция) были захвачены армией Гитлера.

(Фото из семейного архива Морозовой)

(Фото из семейного архива Морозовой)


Почему так наивны были мы тогда, в начале войны, курсанты танкового училища? Почему стать танкистом была для них романтическая мечта, когда мир полыхал в войне? К сожалению, я, по причине маленького возраста и большой некомпетентности, не мог тогда при встрече задать бывшему курсанту военного танкового училища, участнику одной из самых страшных войн в истории человечества, таких вопросов, а мама ответила: «Нам такой информации нигде никогда не давали, а война в других странах была лишь войной в других странах». Мне, и сейчас, такая политика великой страны, как Россия, в то напряжённое для страны время не понятна.

Весть о войне призывала встать на защиту Родины каждого гражданина, а уж у курсанта танкового училища другой мысли и желания не было. Сразу в бой, и только в бой. Стоя на посту, который по уставу он не мог покинуть до обеда, Михаил Афанасьевич понимал, что даже если уж произошло что-то очень серьёзное (о войне думать было очень страшно) пост оставлять нельзя; он очень боялся, что про него забудут в этом важном для всех деле. Волновался, что вдруг не успеет на войну, чувствовал себя виноватым, что он — тут, на посту, когда решается судьба Родины. Без иронии вспоминал потом: «Война не забыла никого: ни военных, ни мирных, ни стариков, ни детей».

(Фото из семейного архива Морозовой)

(Фото из семейного архива Морозовой)


В училище Михаил Афанасьевич поступил в начале июня 1941 года. И к жизни военных только присматривался: учился вставать и ложиться по команде, отдавать честь при встрече со старшим по званию, начинал изучать первые азы военной жизни. А вот автомобиль к тому времени водил уже неплохо.

В деревне после организации колхоза появились первые тракторы, сенокосилки, молотилки. Ещё до войны колхоз получил первые «полуторки». «Мы не отходили от машин. Просили водителей покатать. Они охотно соглашались. А если разрешали подержаться за руль, то это было самым большим счастьем до следующего раза, когда уже и покрутить его разрешали», — рассказывал прадед. «Потом катания переросли в учёбу вождения. Схватывали все быстро, уж слишком большое желание было научиться „ездить“, так мы называли „водить“. А скоро уже хвалились друг перед другом, кто лучше». При поступлении в училище и в анкете, и в автобиографии он написал, что умеет водить автомобиль. Поэтому военные дороги он начал осваивать не на танке, а на автомобиле. «А в танке я только посидел», — с какой-то ноткой сожаления произнёс он. До конца трудовой биографии проработал он водителем. В 1980 году в честь 35 — летия Победы в Великой Отечественной войне и в связи с 40 — летием водительского стажа ему была вручена Почётная Грамота.

(Фото из семейного архива Морозовой)

(Фото из семейного архива Морозовой)


Тогда же, в июне 1941 года, Михаил Афанасьевич был отправлен под Сталинград в мотострелковую гвардейскую дивизию. Всем известно, что через Сталинград проходит железная дорога. В военные годы она была главной трассой, по которой отправляли снаряды на западный, северо — западный, юго — западный фронты. Сталинград был крупным промышленным городом. В Сталинграде изготовляли танки на Сталинском тракторном заводе, точили снаряды на машиностроительном заводе, шили одежду, лечили раненых, происходило формирование военных дивизий, формировался военный резерв фронтовых единиц. Прадед вначале доставлял снаряды к железной дороге, перевозил бойцов. Хотелось на фронт. Сводки были гнетущими. В Белоруссии, на его Родине, хозяйничали фашисты. Письма из дома приходили все реже и реже. Результатом многочисленных просьб стала его отправка на I Украинский фронт водителем «полуторки».

Неоднократно его машина попадала под обстрел и бомбардировки. После первой бомбардировки, дедушка не мог спать целую неделю, постоянно слышался вой падающих снарядов. Для меня, как и для всего народа России, наступили тяжёлые дни: дни ответственности перед Родиной, дни размышлений о судьбах моих родных и близких, дни страданий, дни жизни», — рассказывал прадед.

В сентябре положение на Украинском фронте было критическим: погиб командующий фронтом генерал — полковник Михаил Корпонос; Киев оказался в «мешке», а с ним и оказались четыре советские армии; в плен были взяты сотни тысяч бойцов, офицеров, мирного населения; немцы взяли Полтаву, Харьков, другие города Украины и продвинулись к Ростову — на — Дону. Был получен приказ — отступать. «Это были самые трудные и гнетущие дни», — Я вместе с оставшимися в живых однополчанами возвращался к тем местам, откуда начал войну. Поначалу, по приказу командования, вывозил мирных жителей. Они не хотели оставлять своих родных мест, не хотели думать даже, что фашисты на подступах к Сталинграду. Поэтому многие остались в Сталинграде. Был жаркий август 1942 года. Фашисты, ворвавшись в Сталинград, сразу же стали бомбить его сверху. Казалось, наступил конец света. Горело все: небо, земля, вода. Бои в городе продолжались два месяца. Был приказ И.Сталина о невозможности сдачи фашистам Сталинграда. А слова снайпера Василия Зайцева: «За Волгой для нас земли нет!» вошли в историю. Бои прекратились только зимой, хотя явный победный перелом наметился раньше. Уже поздней осенью позиции фашистов ослабели, теперь немцы оказались в «мешке». Это была великая победа в войне с фашистами. До этой победы была только Москва зимой 1942. Но с этого времени началось наступление наших войск по тем дорогам, где отступали». За оборону Сталинграда мой прадед получил вторую награду — Орден Великой Отечественной войны.

Потом был город Краснодонск. Там он сменил свою «полуторку» на американскую машину «студебеккер». Номер с этой машины, пропуск на право передвижения по Юго —западному фронту хранится в семье и сегодня. Семья очень ценит и бережёт его награды. Медаль за отвагу была вручена ему в Краснодонске за бои и освобождение города от захватчиков. «Похозяйничал там фашист как у себя дома. — Гибель краснодонцев была тогда на слуху. Уже во время освобождения Краснодона их тела были подняты из шурфа шахты и перезахоронены на городском кладбище».

Теперь советские войска шли по следам отступления фашистов. Во время отступления, когда враг нёс большие потери, он жестоко расправлялся с мирными жителями. «Такую картину, где на одном столбе были повешены и дед, и младенец — где вся земля усыпана пеплом и залита кровью, где в одной могиле лежали до тысячи человек не забыть вовеки. И вы помните», — наказывал нам наш героический ветеран.

Во время наступления в 1944 году он был ранен, контужен и госпитализирован в Горьковскую область, в госпиталь, который находился в Макарьевском монастыре. В результате ранения он лишился трёх пальцев на правой руке. Был демобилизован с фронта, но награждён медалью за боевые заслуги в Великой Отечественной войне.

С этого времени до 1945 года он работал инструктором, обучал молодых бойцов. На квартирование был определён к молодой медсестре Парфенычевой Анастасии, которая в дальнейшем стала его женой (мамой Юрия Михайловича моего деда и бабушкой моего отца Морозова Михаила Юрьевича).

Великая Отечественная война не щадила никого, мимо кого она проходила. Вся большая и дружная семья Мороз прошла через эти испытания: старший из семьи Мороз Иван Афанасьевич был офицером, служил в Брестской крепости и погиб при её защите в первые дни войны.

Григорий Афанасьевич, средний брат Михаила Афанасьевича, всю войну воевал в партизанских отрядах. Войну он начал в белорусских лесах, на своей родине. Там её и закончил. Выполняя задание в 1944 году, почти перед окончанием войны, был тяжело ранен. Умер Григорий Афанасьевич в 1945 году, после победы от тяжёлого ранения.

Следующий брат — Василий — воевал с начала войны. Прошёл свой нелёгкий путь от Минска до Берлина. Василий Афанасьевич, оказавшись в окружении, попал к партизанам и стал участником партизанского движения в Белоруссии. Во время освобождения от фашистов Белоруссии в 1944 году их партизанский отряд слился с частями Белорусского фронта. Так он дошёл до Берлина. С этого времени он участвовал в освобождении земель от фашистов других стран. Был неоднократно ранен. Умер Василий после войны от ран, которые оставила война.

Сестра Надежда, во время войны была совсем юной шестнадцатилетней девчонкой. В партизанском отряде в то время был её старший брат Григорий Афанасьевич Мороз. А в селе, окружённом болотами и лесами, хозяйничали фашисты. Партизан они боялись. За малейшее подозрение в связи с партизанами грозило наказание — расстрел, повешение. Недалеко от Заболотья, за леском, проходила могилёвская трасса. Передвижение фашистов было большое. Худенькая, проворная девчонка она стала связной партизанского отряда. В селе же по-разному относились к немцам: некоторые как к освободителям, некоторые как к оккупантам. Служак у немцев хватало. Вот один-то из «усердных» фашистским служакам и выследил её. Она не успела узнать вкус первой любви, первого поцелуя. Фашисты зверски расправились с ней, не получив никаких сведений о партизанском отряде, о его местонахождении. Надежда Афанасьевна была повешена немцами в 1942 году.

Младший брат — Павел. В начале 1942 года, когда ему исполнилось 14 лет, он закончил третий класс, в село пришли немцы. После поражения под Москвой, они стали жесточе. Людей угоняли на работу в Германию в качестве «гражданских пленных»; переправляли в немецкие концентрационные лагеря, известные сейчас изощрёнными пытками над пленными; помещали в концентрационные лагеря, организованные на территории России; заставляли обслуживать фашистов на местах их оккупации. Особенно не щадили детей и подростков. Они шли как подопытные для проведения научных работ учёными великой Германии, для пересадки органов немецким солдатам, как доноры для прямого переливания крови. За попытку побега — расстрел. Только так могли фашисты устрашить советского человека, ну а ребёнка тем более. Павел Афанасьевич был во многих городах Германии. Всех детей, кому не было 15  лет, перевезли в город Ляр, который находился недалеко от границы Франции с Германией. Детей заставляли работать с шести утра до поздней ночи. Они разбирали завалы после бомбардировок. Немцы заставляли детей собирать все, что осталось в домах города и все это ежедневно сдавать им по весу. Истощённые, голодные дети должны были руками разгребать тяжёлые плиты, камни, бревна, искорёженный металл. Выгоняли на работы и в дождь и мороз. Они тайком надевали на себя все, что могли найти в развалинах. Многие дети погибали, когда разбирали завалы и находили неразорвавшиеся снаряды, когда происходил обвал старых, разрушенных домов. В 1944 году в город пришли американские солдаты, они и освободили маленьких рабов. Павел Афанасьевич вернулся домой. Глава семьи Мороз Афанасий Васильевич тоже воевал и прошёл всю войну от белорусского фронта до Берлина. В Берлине он встретился со своим сыном Василием. От него узнал о гибели дочери Надежды. Вместе вернулись домой, в Заболотье. Там, на Родине семьи Мороз в Белоруссии, в селе Кадка, где родился прадед, стоит памятник всем погибшим во время войны односельчанам. И там можно увидеть и имена родных мне людей из семьи Мороз. В  семье хранятся письма с фронта, ордена и фотографии. По окончании Великой Отечественной войны ему вручили медаль «За победу над Германией». В тяжёлом солдатском деле освобождения земли от фашистских оккупантов есть и его вклад ценой пролитой крови всеми членами большой и дружной семьи Мороз.

В послевоенное время каждый год Михаилу Афанасьевичу вручали юбилейную медаль как участнику войны. Он был почётным знаменосцем, а в День Победы всегда шёл впереди парада и нёс знамя Победы в Минске, куда приезжал он по приглашению на парад Победы. В последние годы он жил в г. Лысково, там он похоронен.

Но в память о Морозове Михаиле Афанасьевиче в семье есть ещё одна не открытая для нас страничка его жизни. Во время контузии он потерял память, и его документы были залиты кровью. Когда восстанавливали документы, дата его рождения и фамилия были не разборчивы и ему написали дату рождения первое января и фамилию в место Мороз — Морозов. К нашему сожалению, когда мы узнали об этом, в живых остался только его младший брат Павел Афанасьевич, но он не помнит точного месяца и числа. Знает одно, что это июль и примерно седьмое число. Наша семья сделали запрос в Белоруссию, в Кадковский сельский совет, где находиться архив, и ждём ответа. Если ответ не придёт, то нам обещали помочь родственники братьев, они могут обратиться в архив города Минска.

Каждый раз, когда семьёй приезжаем в город Лысково к Морозовым бабушке и дедушке, ходим к памятнику с вечным огнём, где возлагаем цветы к мемориальной плите с фамилией Морозов Михаил Афанасьевич.

Я знаю, таких героев много в нашей стране. Но я готова узнавать о них каждый день, и очень хочу, чтобы память о них жила вечно, пока есть жизнь на земле, пока мы помним о них.

Я верю, в бессмертие души и ещё больше — в человеческую память. Пока мы помним — они живы!


Ссылки на источники:

1. Энциклопедия для детей. Россия XX век. Стр. 509.
2. Энциклопедия для детей. Россия XX век. Стр.495, 496
3.Энциклопедический словарь юного историка. Стр.106

Память народа

Подлинные документы о Второй мировой войне

Подвиг народа

Архивные документы воинов Великой Отечественной войны

Мемориал

Обобщенный банк данных о погибших и пропавших без вести защитниках Отечества